Родная сестра политзаключенного адвоката Максима Знака Ирина Козикова вместе с мужем и пятилетним сыном выехала из Беларуси. Семье пришлось это сделать из-за угрозы безопасности после мартовской облавы на адвокатов, рассказала Ирина в Instagram 8 апреля.
Ирина и ее муж Юрий Козиков — оба юристы и работали адвокатами в одном бюро с Максимом Знаком. Юрий Козиков защищал Максима в суде, также был адвокатом политзаключенного экс-следователя Евгения Юшкевича. 20 марта, когда силовики устроили облаву на адвокатов, Юрий был задержан, дома у него прошел обыск. Мужчине дали 15 суток административного ареста.
После его освобождения семья покинула страну.
— Я магу дыхаць. Толькі зараз магу, — написала Ирина Козикова на своей странице после выезда. — Бачыць сусвет, мы ніколі не хацелі з’язджаць. Я заўсёды казала, што адзіная рэч, якая можа прымусіць нас з’ехаць, — гэта пагроза бяспецы маёй сям'і. На жаль, гэта адбылося, і пасля вобшука і 15 содняў майго мужа мы прынялі такое рашэнне. Мы пакінулі вялікую частку звыклага жыцця — кватэру, лецішча, мае заняткі керамікай, любых сяброў і радных. Але галоўнае, што наша сям’я разам.
Сейчас семья Козиковых находится в Вильнюсе и пробудет там какое-то время, а затем переедет в Польшу. Там супруги будут искать жилье и работу.
— Зараз ёсць нейкая разгубленасць, куды пакрочыць, бо няма разумення нават, які абраць горад. Калі знойдзецца праца ў адным з гарадоў, то будзем абіраць яго. Таму, сябры, калі вы можаце нам чымсці дапамагчы — мы будзем вельмі удзячныя, — говорит Ирина.
Напомним, Максим Знак — адвокат и юрист предвыборного штаба Виктора Бабарико. Его задержали в сентябре 2020 года вместе с главой штаба Марией Колесниковой. Оба проходили по одним и тем же уголовным статьям: их обвинили в заговоре, совершенном в целях захвата государственной власти неконституционным путем (ч. 1 ст. 357), создании экстремистского формирования и руководстве им (ч. 1 ст. 361−1), публичных призывах к захвату госвласти (ч. 3 ст. 361 УК).
Судили юриста вместе с Марией Колесниковой 9 сентября 2021 года. Им дали 10 и 11 лет колонии соответственно. С конца 2021 года Максим Знак содержится в ИК-3 «Витьба». В мае 2022-го КГБ внес его и Колесникову в список лиц, «причастных к террористической деятельности».
В 2022 году ООН признала заключение Максима Знака неправомерным.