Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. На авторынке «умирает» один из дилеров
  2. Возле Дроздов в Минске есть секретная многоэтажка — информации о ней минимум. Но всплыли данные об одной из квартир
  3. «Меньше кофе надо было пить, не напьетесь вы этого кофе вечно». Беларуску оставил на заправке рейсовый автобус — кто прав
  4. Беларуска назвала свою пенсию после 37 лет работы и попросила других поделиться цифрами. Суммы заметно отличаются
  5. Пропагандист заявил, что 196 политзаключенных, об освобождении которых ранее не было известно, уже на свободе
  6. Без Трампа, но с крупной победой. Сборная США ярко стартовала на домашнем чемпионате мира
  7. «Мы отрежем Крым от России». Командующий Силами беспилотных систем Украины Бровди о стратегии ударов
  8. Беларусь получила щедрый «подарок» из-за границы — его масштабы впечатляют. Но такие «презенты» несут риски для нашей страны


Силовики задержали поэта Сергея Суконного. Его «покаянное» видео разместил 13 октября приближенный к ГУБОПиК ресурс.

Поэт Сергей Суконный. Фото: stihi.ru
Поэт Сергей Суконный. Фото: stihi.ru

На камеру мужчину заставили признаться в том, что он вел переписку в признанных «экстремистскими» чат-ботах, а 11 июля этого года опубликовал в телеграм-канале «свой стишок» про Александра Лукашенко.

Пропагандисты также сообщили, что задержанный якобы администрировал телеграм-канал и 16 групп в Facebook. Среди них: «Арт-календарь», «Государство и человек», «Да это просто смех», «Живите в радости», «Живите здорово и долго» и другие.

Приближенный к ГУБОПиК ресурс заявил, что Сергей Суконный якобы публиковал «фейки», призывал к забастовкам, а его общественно-политические стихотворения «сопровождались разжиганием ненависти и преступными изображениями».

Силовики также заставили поэта написать стих о своем задержании и зачитать текст на камеру:

«Если б кто мне объяснил, что я Батьку оскорбил,

Я б давно писать сатиру в интернете прекратил.

Я еще сказать готов про ГУБОПиК пару слов.

Задержание конкретно в целом провели корректно.

Не хамили, не оскорбляли, руки, ноги не ломали.

Провели со мной беседу, что не тем я людям верил».