Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Турецкий миллиардер заметил 17-летнюю беларуску и женился на ней. Рассказываем, как сложилась их история и что было после его смерти
  2. «Нашу продавщицу из „Минимаркета“ давно не интересует, что сказал Трамп». Как живет Киев накануне зимы — рассказ беларуски
  3. «Подругу за пять смен оштрафовали на 140 рублей». Беларусы рассказали, сколько на самом деле зарабатывают на складе Wildberries
  4. «Под конвоем вывезли нас с границы». Российская блогерка рассказала, как ее мужа задержали на въезде в Беларусь из-за подписки
  5. «У нас новые правила перевозки пассажиров?» Беларуска заказала «Яндекс Go», а водитель потребовал от нее «ехать в определенной позе»
  6. «Одно слово на польском — пять суток ШИЗО. Рискнешь?» Экс-политзаключенный рассказал о самом «удивительном» запрете в колонии
  7. «Хочу мужика!» Блогерка-миллионница из Минска запустила наш ответ «Сердцу ангела» и ищет парня на шоу
  8. Силовики начали приходить к беларусам за жалобы в TikTok, у некоторых забирают телефоны — СМИ
  9. Возврат в Китай за ваш счет? В МАРТ прокомментировали правила торговли, возмутившие беларуса
  10. В Китае прошла трехсторонняя встреча Трампа, Си Цзиньпина и Путина
  11. «Сейчас я сдаю 41 квартиру в Минске». Беларус рассказал о бизнесе на краткосрочной аренде жилья
  12. Курортный пятизвездочный отель и номер на 50 м². Виктория Лукашенко с мужем и сыном потратили на отпуск почти пять тысяч евро — «Бюро»
  13. Россия готовила на границе с Польшей провокацию с большим количеством жертв — Rzeczpospolita
  14. «Двухметровый стокилограммовый мужчина-клинер». Беларус променял работу менеджера на уборку — и его все устраивает
  15. Беларус снял пьяную коллегу на корпоративе и поплатился за видео. Но сначала выиграл суд
  16. До войны в этом беларусском областном центре жили 180 тысяч, после — всего 118 (не тысяч, а человек). Почему так случилось


/

Глава Чечни Рамзан Кадыров регулярно заявляет о поддержке войны против Украины и уверяет, что десятки тысяч жителей республики уже отправились на фронт. Однако на практике он старается не допустить массовой отправки чеченцев на войну, пишет The Economist.

Добровольцы батальона «Ахмат» перед отправкой в Украину, 17 января 2024 года. Фото: Reuters
Добровольцы батальона «Ахмат» перед отправкой в Украину, 17 января 2024 года. Фото: Reuters

Еще в июле Рамзан Кадыров заявил, что чеченские подразделения готовы выполнить любой приказ президента РФ Владимира Путина. Ранее глава региона утверждал, что Чечня направила на войну более 70,8 тысячи бойцов — это около 9% мужского населения республики.

Однако статистика погибших выглядит иначе. По данным «Медиазоны», к 10 июля были подтверждены имена 539 погибших уроженцев Чечни — это около 0,2% всех установленных российских потерь, хотя на республику приходится примерно 1,1% населения России.

Такой разрыв может объясняться в том числе особым положением Кадырова в российской политической системе. После двух чеченских войн Москва предоставила ему значительно больше самостоятельности, чем большинству российских губернаторов, в обмен на лояльность Кремлю и сохранение контроля над республикой.

По словам источника издания, близкого к чеченскому руководству, вопреки собственным заявлениям Кадыров понимает, что жители республики не хотят воевать за «русский мир». Кроме того, многие чеченцы старше 35 лет сами помнят российские бомбардировки и зачистки во время войн 1990-х и 2000-х годов.

«Какие бы интересы ни преследовала Москва в Украине, для нас это совершенно чужая история», — говорит собеседник.

До сих пор Кадырову удавалось фактически оградить Чечню от массового принудительного набора на войну, одновременно участие в войне используется им как инструмент внутренней политики.

Один из наиболее известных чеченских отрядов — спецназ «Ахмат». Однако, по словам его командира Апти Алаудинова, лишь около четверти бойцов подразделения являются чеченцами. Остальных набирают в других российских регионах, в том числе за счет высоких выплат.

Сам «Ахмат» неоднократно становился объектом насмешек российских военных блогеров: его бойцов прозвали «тикток-войсками» из-за большого количества постановочных или снятых вдали от передовой видео.

«Они вроде бы участвуют в боях, но получили указание особо не рисковать и беречь себя», — говорит собеседник The Economist.

В то же время избежать отправки на фронт удается не всем — по данным «Новой газеты», чеченским силовикам якобы поручают ежемесячно находить в каждом районе от 25 до 50 человек, которых можно заставить подписать контракт с Минобороны России.

Среди тех, кого могут принуждать к отправке на войну, издание называет людей с судимостями, родственников оппозиционеров, зависимых от алкоголя, а также представителей ЛГБТ. По данным источников, откупиться от отправки на фронт можно за 250−500 тысяч российских рублей (около 3−6 тысяч долларов).

При этом есть и чеченцы, которые идут воевать добровольно. Один из собеседников The Economist Ильяс Джамалутдинов отправился на фронт вскоре после российского вторжения, участвовал в боях за Мариуполь, был ранен и затем вернулся на войну. Он считает, что и война в Украине, и чеченские войны стали следствием действий Запада.

Сам Джамалутдинов вырос во время первой чеченской войны. На сохранившейся у него фотографии шестилетний мальчик держит автомат — оружие ему тогда дал отец, воевавший на стороне российских сил.

«Все, что я видел в своей жизни, — это война», — сказал он изданию.